Учреждение, подведомственное
Департаменту культуры
города Москвы

«Дом Гоголя — мемориальный музей и научная библиотека»
Бесплатные концерты в рамках фестиваля «Рихтеровские встречи»
«Биеннале поэтов в Москве»
Мероприятия для детей и их родителей

	

«Ревизор» Гоголя и «Приезжий из столицы» Г. Ф. Квитки-Основьяненко (типологический аспект)

Мацапура В. И. д.ф.н., профессор кафедры зарубежной литературы Полтавского гос. пед. ун-та им. В. Г. Короленко / 2008

Сюжет о мнимом ревизоре был довольно распространен вс20–30-е годы ХIХ века, поскольку было распространено явление, породившее его. Сам Гоголь в «Авторской исповеди» (1847) сознался, что сюжет поэмы «Мертвые души» «отдал» ему Пушкин и при этом добавил в скобках: «Мысль „Ревизора“ принадлежит также ему» (VIII, 440). Известно, что у Пушкина был план неосуществленного замысла о Криспине (первоначально в плане значилась фамилия Свиньин), который приезжает в губернию на ярмарку. В набросках плана значилось, что губернатор «честный дурак», «губернаторша с ним кокетничает», «Криспин сватается за дочь»1.

Тезис о пушкинской «мысли» «Ревизора» утвердился в гоголеведении. Однако в исследовательской литературе указывается немало источников, которые в тематическом и сюжетном плане связаны с комедией Гоголя. Круг произведений, предшествовавших «Ревизору», которые могли подсказать писателю некоторые сюжетные приемы, характеристики, детали комедии, довольно широк. Среди них обычно выделяются «Мизантроп» Мольера, «Ябеда», В. В. Капниста, «Добрый малый» М. Н. Загоскина, «Арзамасские гуси» Н. И. Хмельницкого, «Приезжий из столицы» Г. Ф. Квитки-Основьяненко, повесть А. Ф. Вельтмана «Неистовый Роланд», которая была опубликована в «Библиотеке для чтения» под заглавием «Провинциальные актеры» (1835) и другие2.

Особое место в указанном перечне принадлежит комедии Г. Ф. Квитки-Основьяненко «Приезжий из столицы, или Суматоха в уездном городе», написанной в 1827 году. Это была первая пьеса украинского писателя. В свое время она была известна, служила предметом споров, однако сегодня о ней помнят разве что узкие специалисты. Широкому читателю, включая студентов украинских отделений, она практически неизвестна. Между тем комедия Квитки интересна во многих отношениях, и, в первую очередь, как оригинальная вариация известного сюжета о ревизоре. Не меньший интерес вызывают споры, которые велись вокруг данной пьесы и гоголевского «Ревизора» (1836), а также проблема интертекстуальных и типологических связей между указанными произведениями, которая и станет объектом исследования в данной работе.

История появления пьесы Квитки в печати содержит много драматических моментов. Цензурное разрешение на ее публикацию было получено в 1828 году. Исследуя вопрос о времени написания комедии и дате цензурного разрешения на ее печатание, Г. П. Данилевский указывает, что в редакции «Репертуара» сохранился заглавный листок затерянной в типографии рукописи комедии с печатью Московского цензурного комитета и надписью: «Печатать позволяется. Москва, 1828 года, октября, 18-го дня» и подписью председателя Московского цензурного комитета С. Т. Аксакова3. В архиве Московского цензурного комитета она была записана под номером 602. Как сообщает Данилевский, рукопись тогда же была послана в Петербург, «ходила там по рукам, ходила по Москве» и возвратилась в Харьков тридцатые годы4. Комедия была напечатана без ведома автора в 1840 году в ежемесячном театральном журнале «Пантеон русского и всех европейских театров», выходившем в Петербурге в 1840–1841 годах под редакцией Ф. Кони. На заглавном листе первой публикации значилось: «Писано в 1827 году».

Ко времени первой публикации комедии Квитки прошло тринадцать лет после ее написания и четыре года после выхода в свет гоголевского «Ревизора», пользовавшегося успехом и признанием. И поскольку комедия Гоголя ставилась в Москве и Петербурге, о постановке пьесы Квитки не могло быть и речи. Еще Г. П. Данилевский обратил внимание на то, что директор московских театров М. Н. Загоскин в 1836 году не принял комедию Квитки к постановке на сцене. Мотивация отказа сводилась к тому, что публика не воспримет комедию, «которая во многом имеет большое сходство с пьесою, столько уже разыгранною на петербургской и московской сцене»5.

Таким образом, после появления «Ревизора», на первую комедию Квитки стали смотреть сквозь призму гоголевского шедевра. Исследователи неоднократно указывали на сюжетную близость «Приезжего из столицы» Квитки с комедией Гоголя «Ревизор». Анализ полемики, развернувшейся вокруг этого вопроса, содержится в работе И. Айзенштока «К вопросу о литературных влияниях (Г. Ф. Квитка и Н. В. Гоголь)» (1922)6. Однако, поскольку вопрос для нас важен, не вдаваясь во все детали спора, отметим мнения некоторых из его участников.

Г. П. Данилевский одним из первых обратил внимание на сходство рассматриваемых произведений и выдвинул гипотезу о том, что Гоголь, очевидно, был знаком с комедией Квитки-Основьяненко до написания своего «Ревизора»7. В качестве аргумента он процитировал письмо С. Т. Аксакова, который, будучи цензором, читал пьесу Квитки «Приезжий из столицы». В частности, Аксаков сообщал, что на вопрос «знает ли он (Гоголь — В. М.) эту комедию?», тот отвечал, что «слышал о ней, но не читал». Из контекста письма ясно, что С. Т. Аксаков рассматривал сюжет о ревизоре как «бродячий». «Не подлежит сомнению, — пишет он, — что анекдоты о ревизорах ходили по России издавна, с разными вариациями, и что одно и то же происшествие подало мысль написать комедию обоим авторам»8.

Сопоставляя тексты произведений, Г. П. Данилевский справедливо отметил, что и в одной, и в другой пьесе действие происходит в уездном городе в доме городничего, куда тотчас приводят мнимого ревизора. Как и у Гоголя, «ревизор» Квитки также «мальчишка, не окончивший учения и ненадежный по службе». Г. П. Данилевский обратил внимание на то, что в пьесе Квитки «вся кутерьма происходит от полученного городничим темного и сбивчивого известия из губернского города; чиновники также представляются ревизору, и тот у них занимает деньги <...>. Здесь так же, как и у Гоголя, дамы толкуют о храме изящества, и том, как печально из столицы вкуса быть брошену в такую уединенную даль...»9. Однако в этой же статье, посвященной жизни и творчеству Квитки-Основьяненко, Г. П. Данилевский, как и С. Т. Аксаков, не склонен рассматривать сходство указанных комедий как результат подражания одного автора другому. Трудно не согласиться с его выводом о том, что оба писателя «задумали план комедии по сюжету, который был перед тем вызван не одним событием в России...»10.

В работах дореволюционных исследователей, сравнивавших гоголевскую комедию с «Приезжим из столицы», в основном фигурируют термины «влияние» и «заимствование», о чем свидетельствуют, в частности, статьи Н. Волкова, А. Лященко, Н. Баженова, И. Айзенштока11. Не вдаваясь в подробности споров вокруг указанных комедий, заметим, что Г. П. Данилевский, А. И. Лященко, И. Я. Айзеншток, а вслед за ними литературоведы советского периода Н. Е. Крутикова12 и С. Д. Зубков13 справедливо указывали на независимый характер гоголевского «Ревизора» по сравнению с комедией Квитки.

Думается, что сегодня, сравнивая известный шедевр Гоголя и забытую пьесу Квитки, следует осторожно обращаться с терминами «заимствование» и «влияние», тем более что факт знакомства Гоголя с рукописью комедии Квитки практически не доказан, есть только гипотезы о том, что автор «Ревизора» слышал о комедии «Приезжий из столицы» или был знаком с ней в рукописи. В данном случае более плодотворным оказывается типологический подход к анализу указанных произведений, обнаружение типологических схождений и аналогий, с одной стороны, и с другой — значительных расхождений в трактовке известного сюжета.

В названии пьесы Квитки-Основьяненко «Приезжий из столицы, или Суматоха в уездном городе» содержится намек на ситуацию ревизора. Гоголь отходит от традиции двойных названий, характерных для произведений классицистических и сентиментальных. Название его комедии звучит просто и точно отражает ситуацию, положенную в ее основу. Оба произведения состоят из пяти действий. У Гоголя, как и у его предшественника, почти все действующие лица комедии имеют говорящие фамилии, однако по своему характеру эти фамилии значительно отличаются. В комедии Квитки «Приезжий из столицы» фамилии подчеркивают род занятий героя или свойственную ему особенность. Это своего рода маркеры. Например, городничий Трусилкин — человек осторожный и сомневающийся, он все время боится, как бы чего не вышло. Довольно прямолинейны и фамилии других персонажей: Спалкин — уездный судья, Печаталкин — почтовый экспедитор, Ученосветов — смотритель уездных училищ, Пустолобов — приезжий из столицы, Шарин — пристав.

В гоголевской пьесе фамилии тоже подчеркивают ведущую черту характера героя, однако они не столь прямолинейны и вызывают множество ассоциаций, их расшифровка предполагает игру с читателем. Это касается фамилии Хлестакова, который является воплощением хвастовства и беззастенчивой лжи, а также городничего Сквозник-Дмухановского, двойная фамилия которого содержит намек на знатное происхождение и вместе с тем вызывает улыбку, ассоциируясь с выражением «продувная бестия». Данная фамилия соответствовала гоголевской характеристике в «Замечаниях для господ актеров» — «хотя и взяточник, однако ведет себя очень солидно» (IV, 9). Элементы игры ощутимы в фамилиях двойников — Бобчинского и Добчинского, почти во всем похожих друг на друга. В некоторых случаях наименование героев в пьесе «Ревизор» имеет социальную окраску, о чем свидетельствует, в частности, фамилия Держиморды, который, по словам Городничего, «для порядка всем ставит фонари под глазами: и правому и виноватому» (IV, 24).

Гоголевский «Ревизор» и «Приезжий из столицы» Квитки отличаются в жанровом отношении. По своим жанровым признакам пьеса Квитки — нравоучительная комедия с ярко выраженным водевильным началом, поскольку ведущую роль в ее развитии играют мотивы путаницы и суматохи. По сути, это комедия-водевиль, в которой преобладают типы водевильных героев, вызывающих улыбку и смех. К таким героям относятся, в частности, типы провинциальных водевильных кокеток, а также смешные типы чиновников. Нравоучительный характер комедии Квитки сказывается в том, что в ней наряду с отрицательными персонажами действуют и добродетельные герои, в частности, племянница городничего Анна Петровна Любимова, ее опекун Отчетин, а также полюбивший ее майор Милов.

Комедия Гоголя «Ревизор» по жанру — глубоко новаторское произведение, не имеющее аналогов в русской литературе того времени. Отметив, что изображенный в «Ревизоре» город по структуре ближе всего к городу из комедии Квитки-Основьяненко «Приезжий из столицы», Ю. В. Манн указывает на стремление Гоголя охватить все стороны общественной жизни и управления. Если у Квитки представлены три чиновника — судья Спалкин, почтовый экспедитор Печаталкин, смотритель училищ Ученосветов, то у Гоголя охвачено судопроизводство (Ляпкин-Тяпкин), просвещение (Хлопов), здравоохранение (Гибнер), просвещение (Хлопов), социальное обеспечение (Земляника). «Такого широкого взгляда на официальную жизнь русская комедия еще не знала», — замечает исследователь14.

Пустолобов в интерпретации Квитки — тип мошенника и плута, пытающегося извлечь выгоду из сложившейся ситуации. Сходство между ним и Хлестаковым — чисто внешнее, несмотря на то, что оба они оказываются в роли ревизора. На протяжении всей комедии Пустолобов «плутует» и врет сознательно, целенаправленно. Торжественный прием в уездном городе и рапорт городничего он воспринимает как должное. Характеризуя поведение Пустолобова, автор дает понять, что он быстро входит в роль ревизора, благодарит городничего за порядок в городе, просит представить чиновников и т. д. В ремарках указывается, что он ведет себя «важно», «с важными приемами». Один из городских чиновников — смотритель уездных училищ Ученосветов — узнает в нем своего знакомого и приходит в недоумение: «...Неужели наш повеса Пустолобов, выгнанный из университета за дурное поведение, теперь великий, важный и даже умный человек?»15.

В комедии Квитки, как и в гоголевском «Ревизоре», намерения и характер мнимого ревизора раскрываются во время его встреч с чиновниками. Чтобы подчеркнуть свою значимость, Пустолобов часто употребляет слова «Россия», «Европа», что производит комическое впечатление. Например, Ученосветову он говорит, что «утвердил равновесие в Европе», а городничему, предложившему ему отдохнуть после дороги, заявляет: «Мне отдыхать? Что же было бы тогда с Россиею, ежели я спал бы после обеда!»16. В диалоге с сестрой городничего звучат такие же реплики Пустолобова: «Что скажет история?», «Что скажет ожидающая Европа?»17. Однако заявления подобного рода не настораживают чиновников уездного города, что позволяет мнимому ревизору вести себя с ними так, как они, с его точки зрения, того заслуживают. Из диалогов и внутренних монологов Пустолобова становится ясно, что он собирается выгодно жениться, улучшить свое материальное благосостояние, идя напролом и руководствуясь принципом «На мой век дураков станет»18. Он ведет переговоры о женитьбе на племяннице городничего, за которой числится большое наследство. У самого городничего он просит 500 рублей взаймы, мотивируя это тем, что получено «предписание» по финансовой части выдать ему деньги там, где он вздумает их получить.

В отличие от Пустолобова Хлестаков с самого начала произведения чистосердечен в своих признаниях, которые производят от этого не меньший, а, пожалуй, гораздо больший комический эффект. Так, услышав о предложении городничего переехать на другую квартиру, он возмущенно заявляет: «Нет, не хочу. Я знаю, что значит на другую квартиру: то-есть в тюрьму. Да какое вы имеете право. Да как вы смеете?.. Да вот я... Я служу в Петербурге» (IV, 33). Парадоксальность и комизм ситуации в пьесе Гоголя заключается как раз в том, что искренние признания героя воспринимаются окружающими как ложь. Например, при встрече с городничим в гостинице, он сознается, что долго бы просидел здесь, потому что «совсем не знал, чем заплатить», что едет в Саратовскую губернию, в собственную деревню: «...батюшка меня требует. Рассердился, старик, что до сих пор ничего не выслужил в Петербурге. Он думает, что так вот приехал, да сейчас тебе Владимира в петлицу и дадут» (IV, 35-36). Но реплики городничего, произнесенные «в сторону», свидетельствуют о том, что он не верит признаниям приезжего, поскольку все его мысли сосредоточены на ревизоре: «Да, рассказывай, не знал, чем заплатить! <...> В Саратовскую губернию! А? И не покраснеет!» (IV, 35). Известно, что Гоголь считал роль Хлестакова одной из самых трудных. В «Замечаниях для господ актеров» он подчеркивал: «Чем более исполняющий эту роль покажет чистосердечия и простоты, тем более он выиграет» (IV, 9). В ходе сюжетного развития Хлестаков постепенно осваивается с положением, в котором оказался. Будучи «человеком ничтожнейшим», как характеризовал его сам Гоголь, «не имея никакого желания надувать, он позабывает сам, что лжет» (IV, 117). В шестом явлении третьего действия ложь Хлестакова в доме городничего производит магическое действие на окружающих и заставляет их дрожать от страха. Здесь герой начинает фантазировать о том, как однажды «даже управлял департаментом», какой страх наводил на подчиненных: «...бывало: прохожу через департамент — просто землетрясенье — все дрожит, трясется, как лист. <...> Я им всем задал острастку. Меня сам государственный совет боится» (IV, 50). Эти и многие другие примеры свидетельствуют о том, что социальный, сатирический компонент представлен в пьесе Гоголя гораздо более ярко, нежели в комедии Квитки. В жанровом отношении «Ревизор» Гоголя — социальная и даже политическая комедия, важную роль в которой играет мотив «грешков» чиновников, а основной «пружиной» в развитии сюжетного действия является мотив страха. Ю. В. Манн справедливо указывает, что страх «вошел в поэтику комедии». Исследователь подчеркивает, что Гоголь нарисовал в «Ревизоре» свой «сборный город», что этот город последовательно иерархичен, а автор комедии стремится максимально охватить все стороны его общественной жизни19.

Комедии Квитки и Гоголя (чья пьеса характеризуется необыкновенной цельностью, динамизмом, тем, что все в ней подчинено единому замыслу) отличаются также характерами героев — городничего, чиновников и мнимого ревизора, и особенностями художественной структуры. В пьесе Квитки, в частности, кроме сюжетной линии «ревизора» не менее важную роль играет любовная линия. Существенны и отличия в стиле и уровне драматургического мастерства.

Гоголь в «Ревизоре» — мастер развития сюжетного действия. В комедии нет лишних сцен и характеров, не связанных с главной интригой. Автор при помощи одной реплики городничего мастерски «завязывает» сюжетное действие: «Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие. К нам едет ревизор» (IV, 11).

В отличие от гоголевской пьесы комедия Квитки имеет затянутую экспозицию. Сообщение о приезде «важной и знатной особы» появляется только в конце первого действия. Этот эпизод является одним из самых напряженных в развитии первого действия. Среди разных новостей в письме, адресованном городничему, значилась безобидная, на первый взгляд, информация: «При сем спешу вас уведомить: держите ухо востро! Через ваш город поедет важная и знатная особа, но кто — неизвестно. <...> Он едет якобы в Крым, но имейте предосторожность. Он выезжает завтра и по расчету будет с сим письмом»20. Заметим, что слово «ревизор» в процитированном письме отсутствует. Но для трусливого и осторожного городничего, размышляющего о том, кто же эта «важная и знатная особа...», ответ однозначен: «Верно, ревизор»21. Этот эпизод и является завязкой сюжетного действия. Именно он определяет весь ход его дальнейшего развития, поскольку вслед за известием о приезде ревизора, начинаются приготовления к его встрече.

Появление жандарма в финале пьесы гоголевской пьесы с сообщением о том, что «приехавший по именному повелению из Петербурга чиновник» требует городничего к себе, производит эффект «окаменения» и немой сцены.

Развязка сюжетного действия комедии Квитки имеет совершенно иной характер. Здесь частный пристав вручает городничему бумагу, присланную с жандармом от гражданского губернатора. В своем письме губернатор сообщает, что «откомандированный в некоторые губернии титулярный советник Пустолобов <...> осмелился выдавать себя за важного государственного чиновника...»22. Губернатор приказывал городничему немедленно арестовать Пустолобова и прислать к нему с жандармом. В комедии Квитки нет немой сцены, без которой трудно представить гоголевского «Ревизора». Однако автор дает понять, что у чиновников города наконец-то открылись глаза на сущность происходящего. Городничий с горечью сознается, думая о Пустолобове: «Да ведь же мастер лясы подпускать! Вообразите, что всех нас одурил и мы все перед ним опешили»23. В том, что грешен, вынужден признаться и смотритель учебных заведений, ведь именно ему мнимый ревизор обещал «и чин, и крест», только бы он не сознался, что знает его и «все его шалости». Комедия Квитки «Приезжий из столицы» имеет счастливый финал: порок наказан, добродетель восторжествовала. Плут и мошенник Пустолобов оказался в руках полиции, чиновники города получили хороший урок, а положительные во всех отношениях герои — Анна Петровна Любимова и искавший ее руки Милов — соединили свои судьбы.

И Квитка-Основьяненко, и Гоголь используют хронотоп уездного города. В созданных ими комедиях совпадают многие мотивы, в частности, мотив получения письма о приезде важной особы или ревизора, мотив подготовки к его приезду, а также мотивы «грешков», обмана и страха.

Итак, обе комедии имеют черты сходства и различия в развитии сюжетного действия, однако существующая между ними связь объясняется не заимствованием или влиянием, как считали некоторые дореволюционные исследователи, например Н. В. Волков24. Близость между комедией Квитки и «Ревизором» Гоголя имеет типологический характер, объясняется сходством жизненных ситуаций, ведь оба произведения восходят к анекдотам о «мнимом» ревизоре. Безусловно, Гоголь создал гениальную комедию, но данный факт не умаляет значения комедии его предшественника в разработке сходного сюжета. Несправедливой была бы недооценка труда Квитки-Основьяненко, неправомерным представляется социологический подход к его первой пьесе, заметный даже в некоторых авторитетных исследованиях. Например, Э. Л. Войтоловская, сравнивая общую для обеих комедий ситуацию, упрекает автора «Приезжего из столицы» в том, что он «не понял ее социальной значимости, не сумел использовать ее разоблачительную силу»25. Но это и не входило в задачи автора, создавшего комедию-водевиль, которая была написана в соответствии с общей эволюцией драматургии и театральными запросами конца 1820-х годов и оставила свой след в истории литературы.

Новаторский характер гоголевской комедии «Ревизор» по-настоящему осознается в сравнении с произведениями, близкими по тематике и мотивной организации. К таким произведениям, в первую очередь, относится «Приезжий из столицы» Квитки-Основьяненко. Сопоставительный анализ двух комедий подчеркивает самобытность созданного Гоголем шедевра, значение его художественных открытий, а также то, что каждый из авторов по-своему подошел к освещению традиционного сюжета о мнимом ревизоре.

Примечания

1. Пушкин А. С. Полн. собр. соч.: В 16 т. М. – Л., 1937–1949. Т. VIII. Ч. 1. С. 431.

2. См.: Гоголь Н. В. Полное собрание сочинений и писем: В 23 т. М., 2003. Т. 4 / Комментарий И. А. Зайцевой, Ю. В. Манна. С. 645–649.

3. Там же.

4. Данилевский Г. П. Г. Ф. Квитка-Основьяненко (Г. Ф. Квитка). Материалы для истории украинской литературы. Статья первая // Отечественные записки. 1855. № 11. С. 41.

5. Там же.

6. Айзеншток И. К вопросу о литературных влияниях (Г. Ф. Квитка и Н. В. Гоголь) // Известия отделения русского языка и словесности Рос. АН 1919 г. Т. ХХIV. Кн. 1. Петроград. 1922. С. 23–42.

7. Данилевский Г. П. Г. Ф. Квитка-Основьяненко (Г. Ф. Квитка). Материалы для истории украинской литературы. Статья первая // Отечественные записки. 1855. № 11. С. 42.

8. Там же. С. 44.

9. Там же. С. 43.

10. Там же. С. 43.

11. См.: Волков Н. В. К истории русской комедии. Зависимость «Ревизора» Гоголя от комедии Квитки «Приезжий из столицы». СПб., 1899; Лященко А. И. «Ревизор» Гоголя и комедия Квитки // Памяти Леонида Николаевича Майкова. СПб., 1902. С. 523-540; Баженов Н. Г. Ф. Квитка как вдохновитель Гоголя. К вопросу о литературном заимствовании. Харьков, 1916; Айзеншток И. Указ. соч.

12. Крутікова Н. Є. Гоголь та українська література (30-80 роки ХІХ століття). Киев, 1957. С. 67.

13. Зубков С. Д. Русская проза Г. Ф. Квитки и Е. П. Гребенки в контексте русско-украинских литературных связей. Киев, 1979. C. 33.

14. Манн Ю. В. Поэтика Гоголя. Изд. 2-е, доп. М., 1988. С. 190.

15. Квитка-Основьяненко Г. Ф. Приезжий из столицы, или Суматоха в уездном городе // Квітка-Основ'яненко Г. Ф. Зібрання творів: У 7 т. Киев, 1978. Т. 1. С. 56.

16. Там же. С. 57.

17. Там же. С. 72.

18. Там же. С. 71.

19. Манн Ю. В. Поэтика Гоголя. С. 190.

20. Квитка-Основьяненко Г. Ф. Указ. соч. С. 41.

21. Там же.

22. Там же. С. 89.

23. Там же. С. 91.

24. Волков Н. В. Указ. соч.

25. Войтоловская Э. Л. Комедия Н. В. Гоголя «Ревизор»: Комментарий. Л., 1971. С. 26.

К списку научных работ

«Джейн Эйр» (1943) 11 Декабря в 15:00

Королева Голливуда Элизабет Тейлор

«Театр ничуть не безделица»

Выставка посвящена году Театра в России