Департамент культуры города Москвы
«Дом Гоголя — мемориальный музей и научная библиотека»
Поиск по параметрам
  • Год публикации
  • Автор
Научные работы
Традиции фольклорной волшебной сказки и творчества Гоголя в фильме А. Малюкова «Мы из будущего» Плешкова О. И. (Барнаул), к. ф. н., доц. Алтайской государственной педагогической академии

В работе говорится о значении личности и творчества Н. В. Гоголя для современного искусства. Отмечается, что творчество Гоголя, вобравшее образы, мотивы и сюжеты традиционной славянской культуры (мифологии, фольклора), послужило основой для многих произведений. Влияние творчества Гоголя показано в работе на материале фильма А. Малюкова «Мы из будущего» (2008). Утверждается, что философское звучание фильма носит характер гоголевских духовных исканий.

Сорочинская ярмарка как бренд. Кинематографические версии Н. Экка (1939) и С. Горова (2004) Кобленкова Д. В. (Нижний Новгород), к. ф. н., доцент кафедры зарубежной литературы филологического факультета Нижегородского государственного университета им. Н. И. Лобачевского

Функционирование гоголевских текстов в кинематографе является одной из наименее изученных проблем в науке о Гоголе. Анализ гоголевского текста в кино представляется показательным и перспективным, раскрывает многие тенденции современной культуры и механизмы воздействия определенной идеологии на общество. Картины Н. Экка (1939) и С. Горова (2004) отражают стремление украинского общества к восстановлению своей национальной идентичности. Н. Экк воспроизводит патриархальное прошлое страны, чтобы соотнести его с политической ситуацией советской истории 30-х годов ушедшего века; С. Горов показывает псевдоподлинность постсоветского пространства, когда прошлое утрачено, и его реструктуризация может носить лишь игровой, постмодернистский характер, одинаково драматичный для каждого из участников.

Проблема «Россия — Запад» в книге «Выбранные места из переписки с друзьями» и публицистике «Москвитянина» Сартаков Е. В. (Москва), аспирант каф. истории русской литературы и журналистики факультета журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова

В статье рассмотрена проблема соотношения России и Запада на материале последней опубликованной книги Н. В. Гоголя «Выбранные места из переписки с друзьями» и публицистики журнала «Москвитянин» (1841 — 1846 гг.). Анализ взглядов Гоголя и ведущих авторов журнала (М. П. Погодина и С. П. Шевырева) показывает, что их позиции прямо соотносимы с идеями николаевской эпохи — становления русского консерватизма (1840-е гг.). Публицисты сходились в оценке прошлого и будущего России, но расходились в своем отношении к современному состоянию Европы.

Золушка в Гоголевской «Шинели» Вранеш Б. (Белград, Сербия), ассистент Кафедры сербской и южнославянских литератур филологического факультета Белградского университета

При рассмотрении сюжета, героев и многочисленных авторских указаний знаменитая Шинель Гоголя предстает как травестия одного из известнейших текстов литературы — Золушки. В результате рассмотрения структуры пространства, времени, героев, сюжета и типа повествования в Шинели выявляется, что повесть Гоголя представляет собой травестированную сказку.

Готическая традиция в повести Гоголя «Страшная месть» Мацапура Л. В. (Харьков, Украина), к. ф. н., докторант кафедры мировой литературы и культуры Херсонского государственного университета

В статье рассматривается влияние готической прозы на раннее творчество Н. В. Гоголя, в частности, исследуется система готических мотивов в повести «Страшная месть». Устанавливаются типологические связи между анализируемым произведением и романом М. Г. Льюиса «Монах». В результате сопоставительного анализа указанных текстов выделяются общие мотивы, характерных для готических произведений, а также подчеркивается различие в использовании элементов готической поэтики.

Украинское казачество в изображении Ф. В. Булгарина и Н. В. Гоголя (типологический аспект) Мацапура В. И. (Полтава, Украина), д. ф. н., профессор кафедры мировой литературы Полтавского национального пед. университета им. В. Г. Короленко

В статье анализируется казацкий дискурс в романе Ф. В. Булгарина «Димитрий Самозванец» и в повести Н. В. Гоголя «Тарас Бульба». Автор сосредотачивает внимание на описании Запорожской Сечи в указанных текстах, а также на их связях с историческими источниками, в частности с «Описанием Украйны» Г. Л. Боплана, «Историей руссов» псевдо-Конисского, «Историей Малой России» Д. Н. Бантыш-Каменского и другими.

Василий Гоголь-Яновский в культурном контексте времени Михед П. В. (Нежин, Киев, Украина), доктор филологических наук, профессор, зав. отделом славянских литератур Института литературы имени Т. Г. Шевченко НАН Украины

Статья посвящена изучению творческого наследия Василия Гоголя — одного из зачинателей украинского театра, актера и режиссера, автора поэтических произведений, отца гениального писателя — Николая Гоголя. Автор отмечает тесную связь творчества Василия Гоголя с традициями украинской и современной ему европейской культурой.

Фольклорное и христианское в поэтике Гоголя: проблемное поле Есаулов И. А. (Москва), д. ф. н., проф., зав. каф. теории и истории словесности Российского православного университета, директор Центра литературоведческих исследований

Долгое время в гуманитарной науке было принято противопоставлять фольклорное и христианское. В изучении Гоголя это выражалось в преимущественном толковании его поэтики сквозь призму мифопоэтики. Однако в самом поэтическом мире Гоголя фольклорное и христианское (книжное) отнюдь не являются какими-то антагонистическими, противоположными друг другу полюсами бытия. Наша обычная исследовательская практика их вычленения имеет отчасти условный характер. Понятие «национальный образ мира» позволяет не делить этнопоэтику на «фольклорную» и «литературную», «языческую» и «православную», не ограничивать архетипическую палитру гоголевской поэтики исключительно мифологическими коснтруктами, а рассматривать традиции народного творчества и христианской культуры как единую культурную почву, породившую русскую литературу и объясняющую феномен Гоголя в единстве национального образа мира.

Современный американский «Вий» (Обряды и ритуалы киевской «бурсы» в повести Н. Гоголя и американского «кампуса» в романе Ф. Рота) Звиняцковский В. Я. (Киев), д. ф. н., проф. Украинско-американского гуманитарного института (Киев)

Роман американского писателя Филипа Рота «Людское клеймо» (2000) заставляет задуматься о нем как о современной «версии» гоголевского «Вия». Современное академическое сообщество, подобно сообществу описанной Гоголем Киевской академии (от ректора до рядовых бурсаков), в похожей терминологии «смеха — страха» (но с постмодернистскими и постструктуралистскими коннотациями), решает, заслужил ли профессор классической филологии Коулмен Брут Силк (Хома Брут Шелковый) хотя бы посмертного обсуждения случившейся с ним трагедии — в своей, т.е. в нашей, корпорации. Как оказывается и по сюжету романа, и по его судьбе в критике, от принципиального ответа на этот вопрос в некотором смысле зависит, есть ли у современной университетской, научной мысли неформальное будущее — или ее всецело поглотит Вий политкорректости.

Метаморфозы Вия: фольклор – Гоголь – поэзия ХХ–ХХI вв. Сугай Л. А. (Москва), д. ф. н., проф., Почетный работник Высшепрофессиональной школы Российской Федерации, профессор кафедры славянских языков факультета гуманитарных наук Университета им. Матея Бела в Банской Быстрице (Словакия)

В статье рассматривается соотношение образов Вия как фольклорно-мифологического персонажа, героя одноименной повести Н. В. Гоголя и образа русской поэзии ХХ—ХХI веков. Принципы воссоздания образа Вия в стихах символистов (К. Бальмонта, Ф. Сологуба) противопоставляются поэтическим приемам представителей других школ и направлений Серебряного века (С. Городецкого, В. Маяковского, Игоря Северянина, А. Ахматовой, О. Мандельштама, Б. Пастернака). Характеризуется также эстетическая жизнь гоголевского образа в поэзии второй половины ХХ столетия и «массовая» стихотворная продукция рубежа ХХ—ХХI вв., в частности, произведения интернетфольклора на мотивы повести «Вий».

«Вошедши на двор, увидели там всяких собак» (Киноморфные и ликоморфные персонажи у Н. В. Гоголя и М. А. Булгакова) Яблоков Е. А. (Москва), д. ф. н.

Статья посвящена проблеме влияния произведений Гоголя на творчество Булгакова. Предметом сопоставительного анализа являются «собачьи» и «волчьи» мотивы в текстах двух писателей. На конкретных примерах демонстрируется использование Булгаковым гоголевских образов. В центре внимание находятся такие булгаковские произведения, как роман «Белая гвардия», повесть «Собачье сердце», пьесы «Бег» и «Батум».

Святочная семантика и гоголевский «след» в творчестве М. А. Булгакова («Зойкина квартира») Иваньшина Е. А. (Воронеж), д. ф. н., проф. каф. теории, истории и методики преподавания русского языка и литературы Воронежского гос. пед. ун-та

Святочная семантика и гоголевский «след» в творчестве М. А. Булгакова («Зойкина квартира»). В статье рассматривается гоголевский «пласт» подтекстов «Зойкиной квартиры», который связан с семантикой одежды и специфической («миражной») сюжетной интригой. Особое внимание уделяется святочной семантике «Зойкиной квартиры», в частности, традиционным святочным маскам.

«В нашей литературе он степной царь…»: степь Гоголя и Чехова Ларионова М. Ч. (Ростов-на-Дону), д. ф. н., зав. лабораторией филологии Института социально-экономических и гуманитарных исследований Южного научного центра РАН, проф. кафедры отечественной литературы Южного федерального университета, ст. науч. сотр. Таганрогского литературного и историко-архитектурного музея заповедника им. А. П. Чехова

Образ степи у А. П. Чехова сложился под влиянием одновременно творчества Гоголя и традиционной культуры. Чехов и Гоголь отразили в своих произведениях особое восприятие степи, как оно закрепилось в малороссийской региональной традиции. В статье рассмотрена связь композиции повести «Степь» и образа Егорушки с обходными обрядами «Зеленого Егория», с казачьими этнокультурными представлениями о степи, введенными в литературу Гоголем. Сходство и однотипность строения произведений Гоголя и Чехова объясняется их общими традиционно-культурными источниками.

Смех против страха (штрихи к теме) Манн Ю. В. (Москва), д. ф. н., заслуж. проф. РГГУ, академик РАЕН

Доклад посвящен особенностям комизма в гоголевском творчестве, взаимодействию в нем двух начал — «смеха» и «страха». Их соотношение не было постоянным и менялось в ходе эволюции писателя, причем процесс этот изобиловал острыми коллизиями, завершившимися в трагическом финале гоголевской судьбы. В докладе освещается и общеевропейский контекст этого процесса, в частности устаналиваются параллели в «концепте страха», с одной стороны, у Гоголя, с другой — у Кьеркегора и Франца Кафки.

Чичиков в «Мертвых душах»: между человеком и нечеловеком Кривонос В. Ш. (Самара), д. ф. н., проф. кафедры русской, зарубежной лит. и методики преподавания лит. Поволжской государственной социально-гуманитарной академии; зав. кафедрой теории и истории лит. Самарской государственной областной академии (Наяновой)

В статье рассматриваются мифологические проекции, окружающие образ героя в «Мертвых душах». В этой связи изучается семантическая взаимосвязь сна Коробочки и других эпизодов поэмы. Особое внимание уделяется принципам взаимодействия разных планов повествования.

Системология фольклорных и физиогномических аллюзий в «Мертвых душах» Кораблев А. А. (Донецк), д. ф. н., проф., зав. каф. теории литературы и художественной культуры Донецкого национального университета

В статье предпринята попытка осмыслить образы помещиков в поэме «Мертвые души» как целостный мегаобраз искаженной и расподобленной человеческой природы. Показано, что гоголевская типология построена на пяти основаниях: каждый из пяти персонажей открывает особый ракурс для рассмотрения и осмысления всего типологического ряда.

Отчизна сечи и отчизна души в «Тарасе Бульбе» Н. В. Гоголя Савинков С. В. (Воронеж), д. ф. н., проф. кафедры истории русской литературы, теории и методики преподавания литературы Воронежского государственного педагогического университета и кафедры истории журналистики Воронежского государственного университета

Традиционное противостояние «своего» и «чужого» с точки зрения культурно-национальной в «Тарасе Бульбе» смещается с первого плана. Не различия в жизненных укладах и не различия в вероисповеданиях определяют трагическую коллизию повести. Ее смысловая конфигурация выстраивается на сложной системе архетипических оппозиций женского и мужского, отцовского и материнского. И «своя» отчизна, и новая, которую Андрий находит в женщине и любви, оказывается лишенными материнской опоры − памяти и спасительной веры.

Еще о некоторых параллелях к гоголевскому Вию Гура А. В. (Москва), д. ф. н., вед. науч. сотр. Отдела этнолингвистики и фольклора Института славяноведения РАН

В статье приводятся параллели к Вию: образ смерти с огромными веками в полесской быличке и невеста как демоническое существо с вредоносным взглядом в славянских поверьях. Эти параллели вписаны в общую картину сходств и соответствий гоголевскому персонажу и показана роль отдельных мотивов и признаков, объединяющих Вия с рядом других персонажей: со св. Касьяном в народных поверьях, «шелудивым Буняком» в украинском фольклоре, с былинным Мамаищем поганым и несколькими сказочными персонажами типа Кащея. Указаны индоевропейские аналогии с инодоиранским богом ветра и одновременно демоном смерти, с литовским и прусским божеством ветра и с кельтскими мифологическими персонажами. Эти аналогии дают в итоге кельто-славяно-балто-иранскую параллель: демон смерти (великан) с особой головой (огромной, железной, двуликой, живучей и др.), с деформированным органом зрения и магическим (смертоносным или всевидящим) взглядом, связанный с железом и неким железным орудием (вилами). Автор склоняется к точке зрения, объясняющей сходство указанных индоевропейских персонажей и распространение мотива Вия, Вейаса, Вайу соседством славян, иранцев, балтов и кельтов предположительно между 2 в. до н.э. и 4-5 в. н.э.

Феномен красоты в народной словесности и в понимании Гоголя Анненкова Е. И. (Санкт-Петербург), д. ф. н., проф., зав. кафедрой русской литературы РГПУ им. А. И. Герцена

В статье гоголевское понимание красоты рассматривается в сопоставлении с народной эстетикой. На материале обрядовой поэзии, народной демонологии, духовных стихов выявляется характер восприятия женской красоты в народной культуре. Это, прежде всего, — акцент на функциональности красоты, отказ от прямого описания, опосредованное изображение красоты через описание бытовых и природных явлений. Анализируется двойственная природа красоты в творческом сознании Гоголя, отчасти восходящая к народной культуре, но и отличающаяся от нее. Прослеживается развитие темы красоты в творчестве писателя, при этом привлекается и эпистолярное наследие Гоголя (в частности, письма к женщинам). Намечена возможность сопоставления женской красоты у Гоголя и Пушкина.

Сюжет «Мертвых душ» как барочная метафора Иваницкий А. И. (Москва), д. ф. н., вед. науч. сотр. ин-та высш. гуманит. исслед. РГГУ

Связи художественного Гоголя 1840-х годов с украинской барочной традицией метафорического взаимоуподобления социального и духовного миров, открыто и развернуто проявились в «Развязке „Ревизора“» и «Выбранных местах из переписки с друзьями». Это дает основание предположить соответствующие символические подтексты фабульного мотива скупки мертвых душ в первом томе поэмы Гоголя.