Департамент культуры города Москвы
«Дом Гоголя — мемориальный музей и научная библиотека»

65 лет назад 6 октября 1952 г. скончалась русская писательница и поэтесса Надежда Александровна Лохвицкая (Тэффи) [8.V.1872 — 6.X.1952]

скончалась русская писательница и поэтесса Надежда Александровна Лохвицкая (Тэффи) [8.V.1872 — 6.X.1952]
Гоголь — загадка. А загадку каждому дозволено разгадывать в меру его разума и душевных сил...

Эти слова Тэффи лучше всего характеризуют процесс, продолжавшийся в литературе русской эмиграции. <...>

Уже в конце жизни увлеклась творчеством Гоголя Тэффи. 16 марта 1952 г. она опубликовала в нью-йоркской газете «Новое русское слово» статью «После юбилея (Отрывки впечатлений и разговоров)», сегодня переизданную. К сожалению, публикаторы оставили вне поля зрения теснейшую связь этих заметок с книгой Мережковского, между тем, Тэффи испытывала к исследованиям предшественников активный интерес. В конце 1951 г. она открывает для себя Розанова, которого называет человеком «исключительного ума» и просит у Берлина его статью. Интерес к Розанову влечет за собой интерес к Набокову, а через него — к исследованиям о Гоголе начала века. Алданов отвечает ей на вопрос о Сирине так: «Книга Сирина написана блистательно, как все, что он пишет. Но многое в ней о Гоголе уже было сказано Мережковским, Белым и другими».

В размышлениях Тэффи очень многое связано с книгой Мережковского [«Гоголь и черт». — Прим.]

Нет возможности привести все переклички и совпадения, приведем только несколько примеров. Как и Мережковский, Тэффи выделяет оппозицию «Пушкин — Гоголь». Как и ее предшественник, она говорит о Пушкине как о гармоническом явлении: «Все в Пушкине ясно, все чисто и все благословенно». Но в отличие от Мережковского, не берется утверждать, что его «загадка» уже разгадана. Она видит в Гоголе «что-то неладное, уродство какое-то». Мережковский сделал мысль об «уродстве» лейтмотивом второй части своей книги. «Разлад, дисгармония во внутреннем существе его отражаются и во внешнем, даже телесном облике, — писал он. — При первом взгляде наружность его удивляет: в ней что-то странное, на других людей непохожее, слишком напряженное, слишком острое и вместе с тем надломленное, больное. — Чем пристальнее всматриваешься в него, тем это смешное становится более жутким, почти страшным, фантастическим... „Птица“, „карла“, „демон“, карикатура, призрак, что-то фантастическое, только не человек или, по крайней мере, не совсем человек». Мережковскому нужен был этот образ, чтобы объяснить природу гоголевского творчества борьбой с чертом. Тэффи, напротив, считает «уродство» источником его таланта: «Но это уродство и есть то, что отличает его от других, это и есть его „неладный“ талант. Жемчужина — болезнь раковины, ее уродство. Но только это уродство и драгоценно».

Еще одна линия пересечения Тэффи с предшественником — убежденность, что в конце первого тома «Мертвых душ» мелькает тема «Ревизора»

Эта мысль в книге «Гоголь и черт» развернута в главы, где оба гоголевских творения связывались воедино одной идеей. Ее, кстати, Тэффи тоже проговаривает в своих заметках: «Что же случилось с Гоголем после такого ширококрылого взлета его таланта? Как накатили на него эти бездушные, злые проповеди с укоризненно поднятым указательным пальцем? Захотел высмеять черта. Убить его страшным орудием, „которого боится даже тот, который уже ничего не боится“. Но думается, что эту задачу, это посрамление черта он уже потом придумал. Этой задачи у него не было. Да и тему дал ему Пушкин, который с чертом мало ведался».

Разумеется, в цитируемом тексте проявился и индивидуальный опыт постижения Тэффи гоголевского творчества. Ее размышления совершенно свободны от мистицизма, она дает простые ответы на вопросы о неуспехе «Переписки», выносит точные суждения о «Тарасе Бульбе», метко характеризует героев «Мертвых душ», с сочувствием говорит о личной судьбе писателя, о его отношении к женщинам. Но характер ее размышлений представляется своего рода диалогом с предшественниками, среди которых были Розанов, Набоков и, несомненно, Мережковский.

Андрущенко Е. А. Взгляд, обращенный назад (деятели русской эмиграции о Гоголе) // Н. В. Гоголь и русское зарубежье. Пятые Гоголевские чтения: сборник докладов.— М: КДУ, 2006.

К списку событий

«Во что верят японцы?» 23 Ноября в 18:30

Культурно-просветительский проект «Япония далекая и близкая».