«Дом Гоголя — мемориальный музей и научная библиотека»

200 лет назад 24 июня 1816 г. родился русский художник-иллюстратор Петр Михайлович Боклевский [24.VI.1816 — 22.I.1897]

родился русский художник-иллюстратор Петр Михайлович Боклевский [24.VI.1816 — 22.I.1897]

Считая Гоголя величайшим из русских писателей, П. М. Боклевский посвятил всю жизнь иллюстрированию его произведений. Огромное количество вариантов портретов героев «Ревизора» и «Мертвых душ» создано художником за сорок лет.

Многие актеры, играя в „Ревизоре“ или в „Мертвых душах“, в костюме и гриме стремились воплотить персонажи Боклевского

В 1858 г. появилась «Галерея гоголевских типов». Альбом состоит из 14 больших литографий. Персонажи «Ревизора» изображены во весь рост. Портреты их снабжены подписями, взятыми из текста комедии. Волшебный карандаш Боклевского передает все оттенки чувств героев. Черты лица, руки, поза, костюм предельно выразительны. Рисунки тоновые, их объемность достигается плавной растушевкой. Здесь представлен второй лист этого альбома, на котором во весь рост изображен Осип, слуга Хлестакова. В противоположность своему барину, он неряшлив, нечесан, лицо заросло. Брови насуплены, взгляд угрюмый, даже дикий. На нем старый сюртук, дырявые сапоги. В правой руке Осипа сапожная щетка, а на левую натянут изящный, тонкой кожи сапожок Хлестакова. Осип чистит его с остервенением. В эту минуту злосчастный сапог заменяет Осипу его пустого и дрянного барина. При каждом взмахе щетки Осип приговаривает: «Эх, если б узнал это старый барин! Он не посмотрел бы на то, что ты чиновник, а, поднявши рубашонку, таких бы засыпал тебе, что дня б четыре ты почесывался...» Грозный Осип, воюющий с сапогом, — остроумная находка Боклевского.

Боклевский после реформы 1861 г. еще раз обращается к «Ревизору». Так появился в 1863 г. его знаменитый «Бюрократический катехизис» — пять литографированных сцен из «Ревизора». Теперь Боклевский, используя сцены из «Ревизора», хотел показать не злоупотребления отдельных чиновников, а систему взглядов, широко бытующую среди государственных служащих. <...>

Работа Боклевского над «Ревизором» не оканчивается и после «Бюрократического катехизиса». Есть две более поздние серии портретов героев «Ревизора» во весь рост — одна контурная, другая объемная, тоновая. <...> В своем толковании образа городничего Боклевский не повторяет вариант 1858 г. Не благодушие и приятность, а дерзость и наглость выскочки подчеркивает в этом персонаже автор.

Помимо портретов во весь рост Боклевский оставил не менее двух альбомов погрудных изображений героев „Ревизора“. Всего за свою жизнь художник создал не менее шести различных вариантов серий рисунков к „Ревизору“

Герои Гоголя не были для Боклевского выдуманными, книжными персонажами. Он долгие годы жил в Рязанской губернии и легко узнавал в чиновниках и помещиках города N хорошо известные ему нравы русской провинции.

К портретам персонажей «Мертвых душ» Боклевский приступил, по-видимому, в середине 50-х годов, когда началось его сближение с кружком Островского. Публикация гоголевских типов из «Мертвых душ» началась в 1875 г. с журнала «Пчела». В 1882 г. впервые появился в печати «Альбом гоголевских типов в рисунках художника П. Боклевского». Иллюстрированию Гоголя художник посвятил всю свою жизнь. Наиболее полно представлены рисунки П. М. Боклевского в Полном собрании сочинений Н. В. Гоголя, вышедшем в 1912 г. под редакцией Овсяннико-Куликовского.

Боклевский полностью отказывается от воспроизведения бытовых деталей, обстановки. Его главная задача — передать интеллектуальную скудость, нравственное убожество гоголевских типов. Поэтому художник ограничивается только портретами героев, концентрирует внимание на изображении их лиц

В многочисленных портретах Чичикова Боклевский сумел передать и мягкую вкрадчивость Павла Ивановича и твердость его характера, скрытого под этой кажущейся мягкостью. Круглое лицо, цветущие щеки, полный подбородок, волосы, гладко и аккуратно зачесанные, почтенные, лысеющие височки говорят о степенности благонамеренного человека. Плавные, круглые линии овала лица Павла Ивановича находятся в контрасте с острыми, косыми штрихами, резко вычерчивающими хищный нос, тонкие брови, хитрые глаза Чичикова. На губах «херсонского помещика» застыла заученная, любезная улыбка. Так художник создает образ осторожного хищника, человека, ведущего двойную игру. <...>

Манилов представлен художником отдыхающим в послеобеденный час. Распустив галстук, расстегнув жилет, с неизменной трубкой с длинным чубуком, он нежится в мягком кресле. Манилов — деликатный, образованный барин. Поэтому пуховики располагают его к мечтательности. Он завел глаза, запрокинул голову — унесся фантазией под облака. Однако с подушек он не поднимается, пребывает в полной праздности, и зрителю ясно, что фантазии Манилова так же эфемерны, как дым, выходящий из его трубки.

Собакевич — помещик-кулак. В соответствии с фамилией художник придал его физиономии угрюмую свирепость цепного пса. Из-под нависших бровей на нас подозрительно глядят маленькие звериные глазки. Губы сложены в брюзгливую гримасу. Таков Собакевич в ряде погрудных изображений. Акварельный же портрет Собакевича в коричневом костюме с ногами, повернутыми носками внутрь, заставляет вспомнить о сходстве нашего героя с «медведем средней величины».

Коробочка — «одна из тех матушек, небольших помещиц, которые плачутся на неурожай, убытки и держат голову несколько набок, а между тем набирают понемногу деньжонок в пестрядевые мешочки, размещенные по ящикам комодов». Акварельный портрет Коробочки представляет добродушную старушку небольшого роста, в чепце и капоте, в смешных вязаных башмачках. Круглая, мягкая фигура Настасьи Петровны, с какой-то тряпкой, повязанной на шее, удивительно напоминает плотно набитый куль или мешок — немаловажный атрибут домовитой помещицы. Боклевский часто придает гоголевским персонажам наружность, сходную с тем или иным животным. Это создает у зрителя дополнительные ассоциации, которые способствуют лучшему пониманию сущности образа. 

...Не случайно Собакевич похож на медведя, а Чичиков — на хитрую лису

Коробочка Боклевского заставляет подумать о ком-либо из небольших грызунов, заботливых, домовитых зверьков, которые все, что ни увидят, тащат в свою норку. В самом деле, у нее круглые, удивленные глазки, треугольником поднятая верхняя губка, обнажающая резцы, и, наконец, коротенькие ручки, простодушно сложенные поверх выступающего брюшка, совсем как лапки мыши.

Плюшкин изображен у Боклевского высохшим, беззубым стариком с запавшим ртом, провалившимися щеками, одетым в лохмотья. Вместе с тем художник сумел придать фигуре скупца нечто грозное и зловещее. Это воплощение бесчеловечной, мертвящей алчности. Плюшкин живет отшельником, в каждом человеке видит вора. На всех рисунках Боклевского он повернут спиной к зрителю, смотрит искоса, через плечо, брови настороженно подняты, мышиные глазки сверлят собеседника. Лучше всяких слов эта поза и этот взгляд рассказывают об отчужденности от людей «заплатанного». Линии крючковатого носа и выступающего подбородка у Плюшкина почти сливаются. Это придает его физиономии нечто колдовское, страшное.

[Орлова Т. В. Боклевский. — М.: Искусство, 1971.]

К списку событий

«Рысь возвращается» (1987) 27 Сентября в 15:00

Кинолекторий в рамках Года экологии.